Публикация материалов сайта без ссылки на источник запрещена
Гостевая О себе
Новости

Великая сила Устава

Ни один из университетских предметов не оставил по себе столько хохм и баек, как специальная (сиречь – военная) подготовка. В нашем случае это была военная паразитология, шедшая под лозунгом «Каждому Анофелесу – по макулипенису!» (Anopheles maculipennis – это малярийный комар)

Политдезинформация

На 3-м курсе преподаватель организации и тактики медицинской службы подполковник м/с Губергриц (он же – Супершприц), приказал мне, студенту 6-го взвода Шмуклеру, подготовить политинформацию к 8 марта о роли женщин в армии. У меня было хорошее настроение, и я сбацал текстик к случаю. В начале очередного занятия я его исполнил перед нашим взводом и подполковником. Изложение было украшено цитатами из Братьев Стругацких про эскадрон ведьм на помелах и двусмысленностями из истории Севастопольской обороны насчет милосердных сестричек, каждая из которых в одиночку обслуживала до 300 раненых… Было очень весело…

Губер все это стерпел, и только сказал, что он примерно представлял себе жанр, в котором выступит студент Шмуклер, а потому подготовился сам, и, коротенько, изложил весь положенный набор. Так мы, объединенными силами, вместе с подполковником и галочку поставили в списке мероприятий, и развлекли аудиторию.

Между прочим, только сильно позже до меня дошло, что играл я с огнем, и, кабы не губеровский либерализм, мог поиметь вполне серьезные неприятности…

Великая сила Устава

Когда мы после практик и каникул собрались на 4-м курсе, оказалось, что многие парни впервые обзавелись растительностью на физиономиях. Я вырастил свои первые усы, но это я их считал усами, а на самом деле – так… У ребят постарше все это выглядело куда монументальнее, к тому же почвоведы к усам запустили еще и бороды.

Такие изменения внешности студентов возбудили военную кафедру, особенно только что переведенного из войск капитана Зяблицева, который принялся растительность на студенческих физиономиях истреблять. Он настучал на почвоведов, и под страхом отчисления с военной подготовки (автоматически означавшей отчисление из универа) их отправили бриться.

Ребятки перевыполнили план – вместе с бородами и усами сбрили наголо и волосы. Зрелище получилось не для слабонервных – кирпичного цвета морды (после полевой практики на почвенных разрезах) очень эффектно сочетались с пятнами бледной, даже зеленоватой, кожи на тех местах, где была растительность. За этот перформанс их опять чуть не выгнали, но даже капитану было ясно, что за день все обратно не вырастет, а лишать советское почвоведение будущего все равно никто не даст…

Я вел свою личную войну и усы не сбрил – без них у меня был несолидный вид, и мне надоело обращение «мальчик» в транспорте. Естественно, на очередном занятии я был засечен капитаном Зябликом, который тут же разорался насчет неисполнения приказа и немедленном отчислении. На это со стопроцентно строевым выражением на усатой физиономии я ему процитировал статью Устава Внутренней Службы Советской Армии, в которой говорилось, что военнослужащие имеют право на ношение усов, если это является предметом их национальной гордости. И добавил, что мне как еврею еще положена борода, но из уважения к Уставу и кафедре, я готов ограничиться только усами… (Про бороду – это я себе цену набивал, максимум, что я тогда мог достичь – это легкая небритость).

Зяблик на такое нахальство взбесился и повлек меня прямо к начальству, где и настучал на меня страстно. Начальник цикла полковник м/с Крашкевич поглядел на меня рассержено, но я изобразил строевую стойку и пошел цитировать Устав по-новой, глядя полковнику м/с прямо под нос, где у него располагались пышные усы.

Выслушав мою арию из оперы «Устав Внутренней Службы», полковник буркнул: - Выйди!

Что-то они с капитаном терли минут пять, я не слышал, потом полковник вышел в коридор и, не глядя на меня, бросил: - Ты с кем связался!

На этом травля моей пышной растительности прекратилась, и в офицерском личном деле так и красуется физиономия с тем, что я сам тогда считал усами...

Стрельба по-университетски

Мы сдавали зачет по пистолету в подвалах Главного Здания. Подполковник долго втолковывал конструктивные характеристики пистолета Марголина, упирая в особенности на его плавный спуск – ясен пень, пистолет-то спортивный… Потом втыкал про технику безопасности, чтобы, спаси бог войны, после досылки патрона в ствол никуда оружие от линии огня отнюдь не отворачивали (а стреляли мы из одной комнаты в другую через дверь).

- Ну, всё поняли?

- Всё!

В первой паре стреляла Танечка Вдовиченко. Затвор она передернула успешно, положила палец на спусковой крючок и вдруг плавно развернулась так, что ствол уперся в прямо в живот стоящему у нее за спиной подполковнику. Пробуя пальцем крючок, она заинтересованно спросила: - А нажимать – сюда?

Я в первый раз в жизни увидел, как лицо человека мгновенно становится мраморно-белым…

Подполковник обеими руками перехватил Танечкину руку с пистолетом, вывернул ее в дверь и трижды нажал на спуск ее пальцем. Потом он сказал, что… ну, в общем, что так делать нельзя… нехорошо это…

Между прочим, выбил 24 очка!

Hosted by uCoz