Публикация материалов сайта без ссылки на источник запрещена
Гостевая О себе
Блог

Годен!

Маргарита Савельевна Немировская, подруга нашей семьи, была в Советское время довольно известным адвокатом Московской областной коллегии адвокатов, входила, как тогда говорили, в «золотую пятерку». Приходя в гости, она частенько делилась своими делами, и я имел не одну возможность убедиться, что приговор она всегда знала заранее – кого посадят, хоть он ни в чем и не виноват, кому она сможет сократить срок, а кого даже отправить на доследование. Последнее было максимумом возможного: если подсудимый уж совсем был не при чем, дело в ходе доследования тихо закрывали… Ни разу я не слышал только об оправдательных приговорах.

Однажды она рассказала совершенно дикую даже по тем временам историю. Где-то в Подмосковье жил тихий шизофреник, у него была инвалидность, и он имел право на отдельную жилплощадь. Собственно, это была даже формальная обязанность власти – изолировать потенциально опасного гражданина хотя бы от соседей по коммунальной квартире. Но власть не особо любила исполнять свои обязанности, и с квартирой для гражданина с такой инвалидностью тянула в течение нескольких лет. Гражданин, хоть и шизофреник, пошел качать права в райисполком, но нарвался на тамошнего зампреда, пребывавшего в дурном настроении (или просто перманентного хама). Зампред гражданина послал в грубой форме, высказавшись в том смысле, что для психов у него квартир нет. Зря он так – гражданин, действительно был шизофреником и был не в состоянии контролировать свои действия. В общем, он зампреду дал по морде. Конечно же, его немедленно захомутала милиция и посадила в холодную…

Первым делом, тётя Рита сумела добиться, чтобы деяние квалифицировали не по статье «Террор в отношении представителя Советской власти», а по «хулиганке», иначе все было бы совсем плохо. Добиться некоторого снижения наказания было можно, но одно дело – снижать с «пятерки» за злостное хулиганство, а другое – с «вышки»… Я, слушая все это, вообще ничего понять не мог – гражданин имеет на руках справочку из психдиспансера, он не может нести уголовную ответственность… не говоря уже о том, что он прав по существу… У меня был свеж в памяти Йозеф Швейк, который был «официальным идиотом», и это ему немало помогало в решении проблем с государственным аппаратом Австро-Венгерской империи. К тому же, как раз в эти времена появилась тенденция в случаях, когда на процесс человека не хотели выводить, ему всаживали психиатрический диагноз и паковали в лечебницу, срок пребывания в которой ограничивался лишь усмотрением врачебного консилиума… Маргарита Савельевна на мои горячие восклицания сказала только, что до суда ничего сделать нельзя – подмосковная власть почему-то уперлась (неужели – квартиру так жлобили?), но на суде она собьет приговор до двух лет, а, как только подзащитный окажется в колонии, она в суд по месту отбывания наказания подаст документы о переводе в спецлечучреждение, и там подмосковные ничего уже сделать не смогут…

Я спустя полгода поинтересовался запавшим мне в память случаем, и тетя Рита сказала, что так все и получилось – подзащитный уже в больнице и имеет шанс через год пройти комиссию на выписку… Но месяцев девять официальный шизофреник в камере оттянул. А на воле ему предстояло вернуться в свою коммуналку, но уже без шансов – кто ж осужденному квартиру-то даст!

Покажите колесики!

Способность российского правосудия вынести КАКОЙ УГОДНО приговор для меня стала очевидна после процесса, который вела моя коллега против Рамстора. Фирма решила воздвигнуть магазин недалеко от Калужской, беда была только в том, что места для него не хватало, и стена новостройки располагалась совсем уж вблизи от соседнего дома, в котором моя коллега и обитает. Жильцы, у которых из голов еще не выветрились какие-то словеса и представления демократического периода о законности, попробовали бунтовать, устраивали акции протеста и, в конце концов, подали в суд.

Муниципальный суд (не один, но чтобы быть кратким – только завершающий приговор) установил, что разрешение санэпидстанции на строительство фальсифицировано, что при разрешенном расстоянии для таких магазинов от жилых строений в 50 метров реально там только 19, постановил (внимание, сейчас покажется, что я что-то путаю, но это не так) – поскольку для торговых точек типа вагончика Тонар разрешенное расстояние до жилых домов составляет только 25 метров, в иске жильцам отказать.

Я бы не стал принципиальничать из-за 6 недостающих метров, если бы у этого «Тонара» площадью в 30 000 квадратных метров мне кто-нибудь показал колесики…

Ой, спрячу!

Когда у нас с Танькой должен был родиться Женька, моей маме соседка во дворе сказала, что в нашем доме освободилась комната в коммуналке, а, поскольку дом уже 8 лет стоял на «красной линии» (планировался под снос при строительстве Новокировского проспекта, так до конца и не реализованного) поселить в нее очередников района не могли. Соседка посоветовала сходить в райисполком – попросить расширить жилплощадь в связи с увеличением семьи.

Мы собрали все документы - оказывалось, что с рождением сына у нас едва-едва набиралась 6-метровая саннорма, отнесли в райисполком, где маме по обыкновению повезло – она встретила там доброго человека депутата райсовета Гордикову, которая отнеслась к ней очень хорошо, сильно помогла. Буквально через два месяца вышло постановление райисполкома о предоставлении нам двух комнат в общей квартире на два этажа выше квартиры родителей.

Это, однако, было только полдела, потому что основные документы оформлялись в райжилотделе, а про тамошнюю инспектрису мою маму предупредили, что с пустыми руками к ней являться бесполезно. Мама, в соответствии с тогдашним стандартом, запаслась коробкой шоколадных конфет и отправилась в жилотдел. Инспектрисе она предъявила решение исполкома, все наши бумаги и положила на краешек стола коробку. Дама подношение заметила: - Ой, конфетки! Спрячу!

И отработанным движением спихнула их в ящик стола. Потом стала заполнять всякие бумаги, и, между прочим, уставилась на маму и сказала: - А какой у Вас беретик замечательный!

Мама стащила вязанный беретик с головы и положила на стол.

- Ой, спрячу!

И беретик тем же движением был отправлен вслед за конфетками.

По нынешним временам, обращение просто гуманистическое…

Некорректная задача

Мама рассказала о случае в их коммунальной квартире в Киеве еще до войны. Соседский сынишка лет пяти имел неосторожность разбить папины часы. Да, в те времена это было большое несчастье и большая потеря – хорошие часы стоили очень дорого, и их было не достать… Разъяренная соседская мамаша стала сыночка лупить, вопя на всю квартиру:

-Зачем ты разбил часы?!!!!

Всем трем семьям в квартире было ясно, что разумного ответа она не добьется просто потому, что его не существует… Как-то отняли ребенка, успокоили мамашу…

С кем поведешься…

Все годы, что я проучился в университете, юрфак постоянно занимал первое место по количеству уголовных преступлений, совершенных студентами…

***

Hosted by uCoz